Помощь божьей матери

Помощь Божьей Матери

Страшная беда обрушилась на мою семью. Мы уже потеряли всякую надежду, но потом случилось чудо… Я не верила, но оказалось, помощь Божьей Матери — это реально…

Возможно ли описать, что испытывает человек, мир которого рухнул? До того сентябрьского утра я была счастливой женщиной. Моя жизнь, как и жизнь большинства обычных среднестатистических людей, складывалась вполне успешно. Любящий муж, замечательный трехлетний сын, стабильное материальное положение… Квартиру купили в кредит по ипотеке, мы с мужем работали и зарабатывали неплохо, в ближайшем будущем нас ждало повышение и возможность получить прибавку к зарплате. У нас была машина, не новая, но бегала вполне отлично. Два раза в год мы ездили отдыхать. На здоровье тоже не жаловались. Родители не болели. Чего еще можно желать человеку?

— Людмила Ивановна? — голос в трубке был напряженный.
Сердце почему-то сжалось в комок и опустилось куда-то вниз.
— Да, это я. Слушаю вас, — ответила я, предчувствуя что-то скверное.
— Это Зоя Федоровна, заведующая детсадом. Вы не могли бы приехать? Понимаете… Ваш сын пропал.
Сначала я даже не поняла, о чем идет речь. Просто не осознала эти слова.

Сидела, сжимая в руках телефон, и пустым взглядом смотрела в экран компьютера.
— Алло, Людмила Ивановна, вы здесь?! — окликнула заведующая.
— Да, здесь, — ответила я тихо. — Вы не могли бы повторить?
— Ваш сын пропал во время прогулки, — повторила женщина. — Пожалуйста, немедленно приезжайте в детский сад. Мы уже сообщили в полицию. Они скоро будут.
Шеф отпустил меня без лишних вопросов. Пока ловила такси, пыталась дозвониться до мужа.

Через час я уже сидела в кабинете заведующей. Тут же рыдала воспитательница. Два сотрудника полиции пытались ее расспрашивать.
— Успокойтесь, — повторял один из них. — И расскажите подробно, что случилось. Как исчез мальчик?
Мне не было ее жаль. Наоборот, хотелось убить. Вцепиться в волосы и избить. Но я тут же взяла себя в руки.
— Не знаю, я не видела…
— Я попробую ее успокоить, — сказала Зоя Федоровна и жестом попросила нас выйти из кабинета.

Я ходила по коридору, жалея, что никогда в жизни не курила. Вместо этого нервными движениями достала телефон, набрала номер Андрея. «Абонент временно недоступен», — услышала в ответ. Подошла к полицейским.
— Ребята, умоляю, помогите! Тема мальчик послушный, он никуда не мог уйти. Он где-то рядом. У нас ведь спокойный район, ничего такого никогда не случалось!

Менты почему-то переглянулись.
— Не надо беспокоиться, — сказал младший абсолютно не к месту.
— У вас, наверное, детей нет, — заявила я злобно. — Как я могу не беспокоиться?!
— Мы сделаем все, что в наших силах, — старший положил руку мне на плечо. — Я понимаю ваши переживания. Но нам сначала нужно выяснить обстоятельства…
И он беспомощно посмотрел на закрытую дверь кабинета заведующей. Через минуту вышла сама Зоя Федоровна и, волнуясь, пересказала слова воспитательницы.

День был хороший, и весь детский сад отправился на прогулку. Несколько групп пошли в парк. Кто-то из детей играл на площадке, часть собирала листья, а кто-то искал опавшие каштаны. Малышня носилась по парку, всем было весело. Примерно через полтора часа воспитательницы собрали свои группы, и тогда выяснилось, что Артема нигде нет. Они начали искать, звать, но потом пришлось возвращаться в детский сад. Там сообщили обо всем заведующей, а уж та вызвала полицию и позвонила мне.

— Вы говорите о парке Пушкина? — спросил один из полицейских.
Заведующая кивнула, а мужчины многозначительно переглянулись. Через мгновение и до меня дошло, что они имели в виду.
— О боже! — опустилась я на скамейку. — Ведь там пруд…
— Но дети играли в другой части парка… — возразила Зоя Федоровна. — К пруду не подходили.
Не в силах сдержаться, я закрыла лицо руками и разрыдалась. Телефонного звонка не слышала. Где-то на грани сознания поняла, что кто-то вынул мобильный у меня из рук, ответил на звонок, что-то тихо говорил. Потом полицейские ушли, а заведующая провела меня в свой кабинет, дала горячего чаю и рюмку коньяку. Еще через полчаса приехал Андрей.

Мы вместе поехали в парк. Там было полно полиции. Они прочесывали местность. Весь день я жила на автопилоте. Когда под вечер выяснилось, что нашего сына нигде нет, почувствовала одновременно облегчение и ужас. Облегчение — значит, он жив. Ужас — но где же он тогда? Приближалась ночь. Мой маленький сынок был где-то, а я не знала, где именно и что с ним происходит. Кажется, у меня началась истерика. Скорее всего, мне дали успокоительное, потому что проснулась я лишь на следующий день в собственной постели. Память возвращалась очень медленно. Пошла на кухню. Машинально заварила кофе, налила в чашку. Муж сидел за столом. Он выглядел так, словно не спал всю ночь — скорее всего, так оно и было.
— Что-нибудь уже известно? — спросила его с надеждой.
Андрей покачал головой, в его глазах появились слезы.

Следующий день я помню плохо. Осталась дома, на случай если кто-нибудь приведет Артемку, сжимала в руках телефон — вдруг кто позвонит. Похищение в целях получения выкупа исключено — мы не богаты. А вот версию о глупой шутке исключить было нельзя. О версии «маньяк» я старательно не думала, не подпускала ее в свое сознание. Это было слишком страшно. А память услужливо подсовывала разные картинки из зарубежных фильмов ужасов.

Приехал следователь.
— Мне очень жаль, — в его голосе звучало сочувствие. — У меня у самого дети, так что я понимаю, что вы чувствуете. Мы делаем все, что в наших силах. Вот если бы вы вспомнили что-нибудь необычное… Любая мелочь может стать зацепкой, вывести на след.
Однако мне в голову не приходило ничего. Мы жили обычной жизнью. Врагов у нас не было. Никому дорогу мы не переходили. Нормальная среднестатистическая семья.

Вечером вернулся Андрей. Я посмотрела на него с надеждой.
— Ничего, — вздохнул муж. — Следователь сказал, звонили несколько человек, которые якобы видели в это время маленького мальчика недалеко от парка. Но большинство показаний никуда не ведут…
— Да, мне он тоже об этом говорил. Боже, где же наш мальчик?! — закричала я не своим голосом. — Андрюша, я готова все отдать, все, понимаешь?! Пусть меня заберут, но вернут Артемку!
— Кто заберет, Людочка? — муж тяжело опустился рядом со мной и закрыл лицо руками. — Я не знаю, что делать, не знаю, — повторил он беспомощно, а у меня при этом болезненно екнуло сердце.
Я обняла Андрея.
— Артемка найдется, обязательно найдется, — шептала я.

Всю ночь мы провели, то засыпая, то просыпаясь. Не разговаривали, просто лежали рядом, крепко обнявшись, пытаясь придать друг другу сил. Утром я решила отправиться к ясновидящему.
— Дорогая, — Андрей удивленно посмотрел на меня. — Это же шарлатаны. Они ничего не знают, только…
— Неважно. Надо использовать любую возможность.
— Как хочешь… — вздохнул он.
В Интернете я нашла несколько адресов. Записала их, взяла фотографию сына, его любимую игрушку, вызвала такси. Я сжимала в руках мишку и всю дорогу молилась, чтобы кто-нибудь сказал, где мне искать моего ребенка.

По первому адресу меня отправили ни с чем.
— Он больше не принимает, — заявила неопрятная тетка. — Сидит в тюрьме. Жулик он. Приходите года через два…
В другом месте симпатичная женщина взяла в руки игрушку Артемки, а потом сказала:
— Я не могу помочь.
— Почему?
Ясновидящая не ответила.
— Что с ним? — воскликнула я испуганно. — С моим сыном случилось что-то плохое?
— Уйдите, прошу вас.

По следующему адресу никого не было. Только последний мужчина занялся моим делом как следует. Он выслушал мой рассказ, рассмотрел фотографию сынишки, взял в руки его игрушку и глубоко задумался. Через несколько минут начал рассказывать:
— Ваш ребенок жив. Мальчик сильно напуган, но с ним все в порядке.
— А где он находится? — вздохнула я с облегчением.
— В каком-то темном и холодном месте. Похоже, в подвале, — он закрыл глаза. — Да, подвал. Небольшое окошко, затянутое решеткой. Кто-то там его держит. Маленький домик. Где-то в дачном поселке. Да, вокруг полно зелени и цветов…
Он говорил так еще долго, а я старалась все тщательно запомнить. Закончив, экстрасенс взял у меня пять тысяч рублей и пожелал удачи.

Выйдя от него, сразу же позвонила в полицию и рассказала обо всем, что узнала.
— Вы в это верите? — следователь был настроен скептически.
— Неважно, верю я или нет, — ответила решительно. — Что мешает вам проверить дачные поселки?
— А вы понимаете, сколько людей и средств на это потребуется?
— Так для вас деньги важнее жизни моего сына?! — повысила я голос.
— Нет, конечно же, нет…
Домой возвращалась медленно. Вспоминала каждое слово ясно видящего, и хотя очень хотела поверить в этот рассказ, постепенно приходила уверенность, что меня надули. Каждой матери хочется услышать, что с ее ребенком все в порядке… И жулики этим пользуются.

Меня охватили сомнения. Я остановилась, оперлась о какой-то забор и лишь через мгновение увидела, что стою у небольшой церквушки. До сих пор я была если и не полной атеисткой, то хотя бы осознавала, что с Богом мне не по пути. Да, ходила в церковь на Рождество и Пасху, мы даже венчались и Артемку крестили, но на самом деле я обходилась без Бога. Тем не менее открыла дверь и вошла. Церквушка была совсем маленькой. Простой алтарь с лампадкой. У дарохранительницы, свечки мерцают в полумраке. В боковой нише стоял алтарь с иконой Божией Матери. Я подумала, что она должна понять мою боль.

Встала на колени и начала молиться. Получалось не очень гладко. Никогда в жизни не молилась от всего сердца — раньше, если приходила в церковь, просто повторяла слова, когда-то прочитанные. Теперь все было иначе. Не знаю, как долго я там стояла.
— Встаньте, — кто-то осторожно взял меня за руку и подвел к скамейке. — Вы же совсем окоченели.
— Спасибо, — прошептала я.

Рядом со мной сел старый священник. Он был совсем седой, а его симпатичное лицо было испещрено морщинами.
— У вас беда, — сказал он.
— Да, большая, — ответила я горько. — Мой ребенок… — у меня прервался голос. — Мой сынок пропал. Никто не знает, где он.
— Поэтому вы и обратились к Божией Матери, — сказал батюшка задумчиво. — Правильное решение.
— Это не решение. Это… сама не знаю. Но она мне не поможет… — Я чувствовала себя такой бессильной, что начала плакать. — Никто не может мне помочь.
— Я бы попробовал, — сказал священник тихо, немного помолчав.
— Вы? — удивилась я. — Да, конечно, вы же можете молиться… Я с удовольствием дам денег на молебен, просто скажите сколько…

Он резким жестом остановил меня.
— Я … — Он поколебался. — Это не будет молебен. Просто… у меня иногда бывают видения.
Я посмотрела на него внимательнее. У него были искренние голубые глаза. Встретившись со мной взглядом, батюшка отвернулся. Казалось, он был слегка смущен.
— Какие видения? Вы ясновидящий? — спросила я хмуро. — По моему, церковь отрицает…
— Нет, я не ясновидящий, — возразил он. — Просто иногда я вижу Божью Матерь, которая помогает страждущим. А ведь вы в беде…
Я кивнула.

Моя беда была огромна. И только та, что сама потеряла сына, могла мне помочь. Я рассказала священнику обо всем, потом хотела дать ему фотографию и игрушку Артемки, но он лишь улыбнулся. Встал на колени перед иконой и склонил голову. Я боялась дышать. Это продолжалось довольно долго…

Наконец он поднялся с колен и был очень бледный.
— Ваш ребенок в безопасности. Недалеко от парка живет несчастная женщина, недавно потерявшая своего ребенка. Когда она увидела мальчика, то подумала, что это ее погибший сын. Бедняжка предложила ему посмотреть собачку и отвела к себе домой. Она не сделала ему ничего плохого, сейчас заботливо ухаживает за ним.
— Откуда вы это знаете? — спросила я недоверчиво.
Это звучало странно, будто в кино.
— Я видел, — ответил он просто. — И чувствовал ее горе. Простите ее. Знаю, вы страдаете, но не стоит осуждать несчастную.

Прямо из церкви я поехала в полицию. Следователь встретил меня без энтузиазма.
— Мы обыскиваем дачи. Но пока ничего не нашли.
— Знаете… Это звучит необычно, — сказала я осторожно, — но у меня появились новые сведения…
Я рассказала ему о том, что узнала от старого священника, однако не назвала источника. Следователь тяжко вздохнул, а потом попросил одного из младших служащих проверить записи о смертях детей за последнее время. Один адрес подошел — это был старый дом на улице неподалеку от парка.
— Проверим, — пообещал он. — Но не стоит ждать многого…
— Я поеду с вами, — сказала я и села в полицейскую машину.

Это было невероятно! Оказалось, что священник был прав. Нам открыла дверь молодая, но совершенно седая женщина. Послушно провела в детскую.
— Это мой сыночек, — сказала бедняга с гордостью. — Он вернулся. Они все говорили, что Павлуша умер, а он вернулся. На красивой постельке спал мой Темка, а рядом с ним лежал лохматый рыжий щенок. Полицейские пытались поговорить с женщиной, но все было напрасно. Она не могла ответить даже на самый простой вопрос. Лишь плакала и повторяла, что этот мальчик — ее Павлуша.

Я села у постели и погладила Артемку по голове.
— Сыночек, это я, мама, проснись, солнышко, — прошептала ему на ухо. — Проснись, малыш.
— Мама? — Артем открыл глаза и сонно улыбнулся. — Хорошо, что ты пришла. Тетя говорила, что тебя вообще нет… — Его губы обиженно изогнулись подковкой. — И что теперь я останусь с ней. Потому что она моя мама. И говорила, что меня Павлуша зовут. А я хочу домой. Только давай заберем Шарика. Заберем, ладно?
Я кивала, смеясь и плача, и чувствовала такое огромное облегчение, что изо всех сил прижала Артема к себе.
— Ой, мам, осторожнее, раздавишь Шарика! — смеялся сынок.

К счастью, все закончилось хорошо. Женщину отвезли в психиатрическую лечебницу, а мы, конечно же вместе с Шариком, вернулись домой. Ведь щенок не мог оставаться один… Следующие дни я не отходила от Артемчика ни на шаг. Не пустила его в детский сад, спала с ним в одной комнате, все время держала его за руку.

Мой панический страх прошел только через месяц. Тогда я вспомнила старого священника и поехала в ту церквушку. Он явно обрадовался.
— Слава Господу, вижу, сегодня вам лучше. Ваш сынок нашелся, так ведь? Жив, здоров, все в порядке?
— Да, благодаря вам. Понимаете, я была до этого у ясновидящего, но он сказал мне совершенно другое. Поэтому в первый момент я… Простите, батюшка.
— Я не ясновидящий, — сказал старик добродушно. — И не могу вызывать видения по желанию. Честно говоря, — он робко улыбнулся, — это не моя заслуга. Это помощь Божией Матери. Я же вам говорил…
— Знаю. Но я не особо верующая, — ответила смущенно.

Он пожал плечами:
— Бог всех любит одинаково. Если ты не веришь в Него, это еще не значит, что Он не помнит о тебе.
Это противоречило моему представлению о мире. Я считала, что ничего нельзя получить просто так. Что за все блага надо бороться или платить. Однако спорить не стала.
— Чем я могу вас отблагодарить, батюшка? — спросила искренне.
Старик улыбнулся:
— Мне ничего не надо, спасибо… Если можете, пожертвуйте что-нибудь на храм. И пусть сынок ваш растет на радость здоровенький и счастливый.

Артем вскоре забыл о той истории, и наша жизнь снова вернулась в норму. Но иногда я думаю, что было бы, если б я тогда не зашла в ту церквушку. Но, видимо, так должно было случиться…

Людмила


Страшная беда обрушилась на мою семью. Мы уже потеряли всякую надежду, но потом случилось чудо... Я не верила, но оказалось, помощь Божьей Матери - это реально... Возможно ли описать, что испытывает человек, мир которого рухнул? До того сентябрьского утра я была счастливой женщиной. Моя жизнь, как и жизнь большинства обычных среднестатистических людей, складывалась вполне успешно. Любящий муж, замечательный трехлетний сын, стабильное материальное положение... Квартиру купили в кредит по ипотеке, мы с мужем работали и зарабатывали неплохо, в ближайшем будущем нас ждало повышение и возможность получить прибавку к зарплате. У нас была машина, не новая, но бегала вполне отлично. Два раза в…

Обзор

Оцените историю!

Рейтинг пользователей 4.34 ( 8 голосов)

Комментарии:

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock detector