Страшное наследство

(любовное фэнтези про ведьм )

Часть 1

Серия «Запретная любовь».

ПРОЛОГ.

Лес замер в предчувствии грозы надвигающейся с запада. Ни один листочек, ни колыхнулся, ни одна птица не свистнула из густой, зеленой чащи, страшась раскатистого грома. Душная, липкая пелена опустилась на землю, цветы закрыли свои чашечки, в которых притаились испуганные букашки и приникли к земле, словно чувствуя в приближающемся ненастье, что — то неприродное и ужасное. По еле заметной тропке бежала старуха, прижимая к груди предмет, завернутый в черную материю.

Она была явно напугана, платок сполз на плечи, седые волосы растрепались и в беспорядке рассыпались по спине, словно серебристые змеи. Поднялся ветер и сильным порывом накренил стонущие деревья. И вот тут лес ожил, листья зашептались, и в этом шепоте бегущей женщине слышалось: отдай книгу…отдай книгу… Она на минуту остановилась, зло рассмеялась и, свернув кукиш, ткнула его куда-то в небо, потом приподняв одной рукой юбку, побежала еще быстрее. Земля содрогнулась от раската грома, и белое копье молнии вонзилось в то место, где только что стояла старуха.

Кусты шиповника вытянули свои ветви словно щупальца, вонзаясь в тело женщины и оставляя кровавые полосы. Коряги и пни подползали под ноги, стараясь сбить свою жертву, но старуха тоже была непроста, она вдруг завертелась на месте, подпрыгнула и, пробормотав что-то под нос, вдруг крикнула:

— А ну по местам! Сожгу пожаром! Залью водицей! Ногами потопчу! После этих слов кусты съежились, словно опаленные огнем, а пни и коряги попрятались под землю, оставляя за собой рыхлые норы. Снова загремел гром, и две тонкие молнии развалили старую, но еще вполне крепкую сосну, она с пронзительным стоном накренилась и рухнула, ломая все на своем пути. Старуха на ходу пригрозила, кому то кулаком и исчезла в зарослях терновника, появившись из них на маленькой поляне, поросшей крапивой и чистотелом.

Она выбежала на середину, и остановилась перед старой могилой, на которой лежал серый, щербатый от дождя камень. Женщина вдруг пронзительно завыла, упала на могилу, и, стуча кулаками по плите, стала повторять какие-то слова, похожие на рычание дикого зверя. Ветер совсем сошел с ума, он крутил верхушки деревьев, носил сучья и сорванную листву, бил старухе в спину и трепал волосы, молнии не переставая, вонзались в землю возле могилы, а гром как иерихонские трубы заставлял дрожать все тело. Старуха встала, и уже совершенно спокойная, не обращая внимания на бурю, поклонилась до самой земли, и с почтением сказала:

— Помоги, спрячь от гада вещь ценную, а придет следующая, отдай, но только если сама попросит. Только если науку нашу к душе примет, а так не давай… — с этими словами она положила сверток на камень и замерла с опущенной головой. Ветер сорвал со свертка материю, открывая обложку большой, обтянутой красным бархатом книги. Камень вдруг заскрежетал, зашевелился и перевернулся, книга исчезла в могильной яме, а на землю обрушился ливень, прибивая к земле покорные травы. Старуха накинула платок и, повернувшись к лесу, замерла, в нескольких метрах от нее стоял сухонький дедок в голубом дождевике.

-Опоздал ты Матвеевич! – крикнула она ему. – Не получить тебе книжку то! – старуха засмеялась и показала ему кукиш. – Знакомый палец? Дедок сжал кулаки и сверкнул глазами, но взял себя в руки и крикнул:

— Ой, рано радуешься Калиновна, книгу я все равно добуду, а вот тебе плохо будет!

-Ты что ли меня пугать надумал? – весело протянула старуха. – А кишка то не тонка?

-У меня то — может и тонка, — дед ехидно улыбнулся, — а вот у него силушки хватит тебя на тот свет отправить… ведьма… За ним появилось черное облако, оно стало увеличиваться в размерах и приобретать человеческий силуэт. Старуха побледнела и крикнула:

— Нашел себе союзничка…Прихвостень бесовский! – она уже знала, что живой ей не уйти, но ее успокаивало, что книга надежно спрятана. Тем временем облако окончательно приняло человеческий облик, это был молодой мужчина в черном плаще. Его большие черные глаза, переливались красными огнями, они словно жили отдельно от его лица, навевая первобытный ужас. Кожа у него была неестественно бледной с красной татуировкой украшающей мраморный лоб и высокие скулы.

— Ты слишком самоуверенна, ведьма. – сказал он, и при звуках его голоса старуха содрогнулась от ужаса. – Ты умрешь. – мужчина наклонил голову, и ей показалось, что его красные глаза пробрались прямо к ее сердцу и подожгли его адским пламенем. Она закричала, скорчилась, но боль не отпускала, а становилась все сильнее. Старуха рухнула на землю и струи дождя наполнили ее остекленевшие глаза. -Кто следующая? – демон повернулся к испуганному старику, его глаза еще пламенели. – Кто достанет книгу?

-У нее есть внучка. – подобострастно ответил дед. – Она в городе живет…

-Ведьма? – демон вопросительно приподнял бровь. Его прекрасное лицо исказила маска презрения.

-Нее,… Скорее всего, нет… — старик боялся и тяготился таким ужасным обществом. – Нет у нее силы. Она и со слухов, что бабка ее ведьма, смеялась…

-Ищи книгу. – сказал демон, и исчез, превратившись в облако. Дед вздохнул с облегчением и подошел к распростертому на земле телу старухи, долго смотрел в ее остекленевшие глаза, а потом сказал, накидывая ей на лицо свой носовой платок:

— Ну вот, проиграла ты ведьма.… А, жаль, не с кем мне теперь будет силой мериться…. Дождь закончился, ветер успокоился и на сером небе появился голубой лоскут, защебетали птицы, через поляну пролетела стрекоза. — Хорошо….- улыбнулся дед, и шагнул в лесную чащу.

«СТРАШНОЕ ИЗВЕСТИЕ»

Настя проснулась от какого- то внутреннего толчка, села на кровати и потерла глаза. За окном лил дождь, в открытую форточку врывался свежий, влажный ветер. Девушка зябко поежившись, подошла к окну. Поднявшись на носочки, взялась за ручку форточки, что бы прикрыть ее и испуганно вскрикнула когда в комнату влетела огромная ворона, коснувшись ее лица прохладным крылом. Птица уселась на шкаф и громко каркнула, глядя на перепуганную девушку умными глазами. Настя отдышалась, и махнула на ворону рукой.

– Кыш! Кыш! Но птица даже не пошевелилась. – Ну смотри… – пригрозила она ей, — сейчас позову соседа, он тебя мигом выгонит. Ворона нахохлилась и вдруг сказала :

— Маррруся хорррошая… Маррруся хорррошая…

— Ничего себе… — Настя рассмеялась. – Ты откуда, Маруся?

— Маррруся любит сыррр… — выдала ворона и придвинулась ближе к Насте.

— А ты еще и наглая. – Настя покачала головой, но пошла на кухню. Ворона полетела за ней и села на холодильник. – Нет сыра… Колбасу будешь? – Настя с интересом разглядывала неожиданную гостью. – Еще гуляш есть…

— Колбасу Марррусе… — ворона пощелкала клювом и наклонила голову. Настя отрезала ей кусок колбасы и положила на стол. Маруся слетела с холодильника и стала важно клевать угощение. Закончив трапезу, она засунула клюв в стакан с недопитым чаем и запила докторскую колбасу.

— Что теперь? – Настя с интересом наблюдала за вороной. – Домой полетишь? Но Маруся ничего не ответила, она каркнула и полетела в Настину спальню. Девушка последовала за ней, все больше удивляясь новой знакомой. Ворона снова уселась на шкаф и как только Настя вошла в комнату, сказала:

— Маррруся спать.

— Я очень рада, — ответила ей Настя и прикрыла окно, — а то еще кто залетит… Где то зазвонил телефон, звук был глухой и еле слышный, Настя огляделась по сторонам и вспомнила, что положила его под подушку. Она достала его и посмотрела на экран.

— О, мама… — девушка присела на кровать и поднесла трубку к уху. – Алло…

— Привет дочь. – мамин голос был каким — то грустным.

— Привет, а почему такой голос невеселый? Что — то случилось?

— Да…. Не буду оттягивать… Настя, бабушка умерла…

— Как умерла? – Настя почувствовала, что ей не хватает воздуха. – Что случилось? Вернее как это случилось? — Пошла в лес и там у нее с сердцем плохо стало…

-Ты держись… Я скоро буду.

— Хорошо, давай… Настя прилегла, уткнулась носом в подушку и заплакала. Это была ее единственная бабушка, горячо любимый человек. Мамина мама умерла еще когда Насти и на свете не было, а бабушка Лида была всегда рядом и всегда помогала в трудные моменты ее жизни. Каждое лето Настя проводила у нее в деревне, ела духовые пирожки, пила сладкое молоко и слушала удивительные сказочные истории. Теперь бабушки не стало и опустело какое — то место в ее душе, которое невозможно восполнить и оно навсегда останется пустым… Настя плакала пока не провалилась в облегчающую все боли яму сна.

— Настя, Настя … — услышала она сквозь тяжелую дрему мамин голос. – Проснись. Она открыла глаза и увидала над собой склонившееся лицо мамы. Моргнув глазами, Настя села и встряхнула головой прогоняя остатки сна. — Пойдем чаю попьем, — улыбнулась мама, — бутерброд с колбасой съешь.

— Маррруся любит колбасу… — раздался скрипящий голос со шкафа. Настя забыла про гостью и вздрогнула от неожиданности, мама ойкнула и схватилась за сердце.

– Что это?!

— Это Маруся, залетела сегодня в окно, а улетать не спешит. Маруся, это мама. – Настя показала пальцем на маму пальцем. – Маму зовут Вера.

— Веррра! Веррра! – Ворона слетела со шкафа и села на спинку кровати. – Пррривет…

— Привет, — мама вздохнула, — ну что ж, пойдем Маруся колбасу есть…

— Маррруся любит колбасу.- Ворона взмахнула крыльями и полетела на кухню.

— Я смотрю она неплохо ориентируется, — мама кивнула в сторону кухни, — квартирантка на постоянное место жительства?

— Пускай живет, если захочет — вернется туда откуда прилетела. – сказала Настя и заглянула на кухню. Маруся сидела на холодильнике и нетерпеливо хлопала крыльями. – Нужно ехать в деревню…

— Сегодня и поедем, — мама обняла ее за плечи, — я взяла билеты на вечерний поезд. Марусю пришлось взять с собой, ворона категорически не хотела оставаться сама, она каркала, мешала собирать вещи и всем своим видом показывала, что тоже намерена отправиться в путь.

— Какая настырная… Вот ведь привязалась. Как же я тебя повезу? Нас с тобой в поезд не пустят. – Настя достала из кладовки ящик, в котором когда – то был чайный сервиз.

– В нем поедешь? Маруся спокойно устроилась в коробке и замерла, прикрыв глаза. Мама покачала головой, но ничего не сказала, ведь действительно, не оставишь же птицу на произвол судьбы. На улице было сыро и холодно, середина сентября выдалась непогожей и промозглой, даже солнце выглянувшее сквозь тучи не добавило тепла. Вокзал навевал тоску бесконечным движением и грязью, пустота в Настиной душе стала еще пронзительнее и она снова заплакала. Маруся заскреблась в коробке и каркнула.

– Тихо ты, — Настя стукнула по крышке, — а не то останешься…. Марусю никто не заметил, она всю дорогу сидела тихо и спокойно. Ночью Настя покормила ее остатками ужина и попоила с ладони. Ворона с радостью принимала пищу из ее рук, что лишний раз доказывало ее смышленость и ум.

— Ну что, попробуем поспать? – Настя погладила ворону по блестящей головке, — завтра нам предстоит трудный день…

В районный центр поезд прибыл в семь часов утра и дернувшись в последний раз, остановился. Люди торопливо продвигались по проходу, стремясь побыстрее добраться в теплую, привычную обстановку дома. Настя с мамой и вороной сошли на перрон и огляделись по сторонам, их должен был встречать бабушкин брат дед Сергей. Он оказался на месте и заметив их, быстро засеменил им на встречу.

— Представилась горемычная…- вместо приветствия прошептал дед и заплакал. Настя тоже заплакала и обняла его, вдыхая сладкий коровий дух и запах ядреной махорки. – Ну что ж слезы лить, поедем, ждет вас. Бабы уже обмыли и одели… Гроб своими руками сколотил… Последнее пристанище… — дед тяжело вздохнул и сгорбившись пошел к старенькому Москвичу. Женщины молча направились за ним, оглушенные таким неприкрытым горем пожилого человека. Положив сумку в багажник, они устроились на заднем сидении и прижались друг к другу. Дед Сергей завел машину, она зарычала, дернулась и поехала, дребезжа всем корпусом.

Они проехали половину пути молча, думая каждый о своем, вокруг возвышался лес окутанный утренним туманом, в приоткрытое окно просачивался терпкий запах грибов и прелых листьев. Настя с тоской вдохнула этот до боли знакомый аромат и спросила:

— Дедушка, а зачем бабуля в лес пошла? Грибы наверное собирала? Дед Сергей достал из внутреннего кармана потертый портсигар и вынул из него папиросу. Прежде чем ответить на Настин вопрос, он подкурил, затянулся и сказал:

— Никаких грибов с ней не было… Лежала бедная на старой заброшенной могиле, волосы растрепаны, лицо носовым платком прикрыто, а как убрали его…- дед вздрогнул. – Глаза открытые, а в них ужас, вроде бы она черта увидала…

— А что это за могила в лесу? – удивленно спросила мама. – Разве там кладбище когда то было?

— Нет, не было. В той могиле наш прадед покоится. Говорят, что он колдуном был, да не простым, а самым сильным. Боялись его все, но он зла не делал, жил в лесу с женой и детьми. Однажды в деревне стал скот гибнуть повально, потом дожди зарядили и все выращенное сгнило, в общем голод наступил… Тут кто то и закинул удочку, мол это колдун, что в лесу живет, шалит. Народ собрался, взяли вилы да топоры и пошли расправу чинить. Но прадеда дома не оказалось, ушел куда — то, может травки собирать, а может по другим каким делам.

Изверги эти, жену его с дочерью и порешили, а сын успел в подпол нырнуть. Вернулся колдун домой, а там горе такое… Вот тут то и началось светопреставление, он в деревню явился и сжег все дотла, до утра в нее молнии били… Никто не уцелел, ни стар, ни млад. Потом похоронил жену и дочь, забрал сына и ушел. Через лет двадцать на пепелище новая деревенька выросла и вернулся прадед со своим сыном, то есть с нашим дедом, обратно. Так и жили они, сын женился на местной красавице и родилась у них наша мать, колдун помер лет в сто, а то и больше…

Только никто мертвого его не видел. Сын сказал, что поехал отец в город, плохо ему там стало, добрый человек поместил его в больницу, где он и помер. А когда он приехал, доктор сказал, что схоронили уже. В то время жара стояла неимоверная, хранить негде, не ждать же пока вздуется и завоняет дед. Но пошла по деревне сплетня, что видела его соседка в лесу, возле могилы заброшенной. Рассказывала потом баба эта, что семь потов с нее от страху сошло, когда она такой ужас узрела. Стукнул, говорит черт седой по могильному камню, тот в сторону отодвинулся и он в яму прямо и сиганул. Камень за ним закрылся, а по лесу вой пошел жуткий, словно все волки с округи собрались… Вот после этого нас ведьмаками и кличут. Смех это конечно, но сестра моя покойница и правда знала что то…

-Неужели вы в это верите? – Удивленно спросила Настя. – Ведь взрослый же человек…

— А ты не спеши с выводами,- дед посмотрел на нее через плечо, — в этом мире много скрытого от глаз людских. Настя не стала спорить, ведь в конце концов каждый имеет право верить во что хочет. Но представить свою добрую, светлую бабушку колдующую над кипящим зельем она не могла.

— А кто же тогда ей платок на лицо положил? – спросила молчавшая до этого мама. – Значит она не сама была?

— Это у всех вызывает подозрение. Мне кажется, напугал ее кто — то… Сердце и остановилось. – дед вытер слезу катившуюся по щеке. – Но кто же заниматься этим будет? Умерла бабка и все… Из-за поворота показалась деревня в окружении вековых сосен. Настя почувствовала как замирает в груди сердце, они проехали пустой улицей, завернули в узкий проулок и остановились перед деревянным домом с резными ставнями. — Приехали. – дед Сергей вышел из машины, достал из багажника сумки и кивнув в сторону дома спросил: — Не боитесь?

— Нет конечно, — Настя направилась к калитке, — это же моя бабушка. Ворона зашевелилась в коробке, видимо ей очень хотелось выбраться на свободу. В доме было тихо, лишь приглушенно перешептывались несколько женщин, сидящих у гроба. Увидав Настю с матерью, они встали, уступая им место. На столе в углу горели свечи, отбрасывая желтые блики на икону Николая Угодника, в плетеной корзине с разноцветными клубками спал черный кот по кличке Зараза. Настя поставила коробку на пол и подошла к гробу, бабушка лежала словно живая в белом ситцевом платочке, со скрещенными на груди руками.

— Что же ты так рано от нас ушла… — прошептала мама и заплакала, обнимая Настю за плечи. Они так и стояли вглядываясь в родное лицо, не решаясь двинуться с места пока к ним не подошла дочка деда Сергея, Зоя.

— Пойдемте в летнюю кухню, — тихо сказала она, — я вас чаем напою. Мы готовим там на помины, в доме топить пока нельзя.

— Пойдемте, — кивнула мама, — а батюшка когда придет?

— Завтра к одиннадцати должен, не раньше, у нас в деревне еще похороны, парень молодой умер, — женщина покачала головой, — полез в погреб за вареньем, упал с лестницы и шею свернул… Горе какое…

— Так он, что, тоже вчера умер? – Настя почувствовала как по спине ползут мурашки. – А кто он?

— Витек Холмогорцев, мамка его в магазине работает. Тоже вчера…

— Я знаю его, — Настя вздрогнула, — он на мотоцикле ездил… Как то мы даже гуляли вместе…

— Все, отгулялся. Пошли на кухню. Настя прихватила коробок и посмотрев еще раз на бабушку, вышла из комнаты следом за мамой. В летней кухне царила суматоха и было до одури жарко, на печи кипел бульон для борща, жарилась рыба, в духовке пеклись пирожки. Тете Зое помогали старшая сестра Антонина и бабушкина подруга баба Катя. Женщины были красные, мокрые, но пока еще активные.

— Здравствуйте мои дорогие, — Антонина обняла сначала маму, а потом Настю, — нет больше сердешной… Кушать будете?

— Что — то не хочется, а чаю бы попили. – улыбнулась Настя глядя на соседку, бабу Катю. – Как здоровье, бабушка?

— Восемьдесят, а бегаю, — она смахнула со стола крошки, — ты — то когда замуж выйдешь? Поди не молодуха уже…

— Не знаю… — Протянула Настя. – Нет достойных…

— Ишь ты! – баба Катя всплеснула руками. – Останешься в старых девах, будешь знать как харчами перебирать… Где это видано, тридцать годов, а она достойного не найдет… Настя рассмеялась, баба Катя напоминала ей родную бабушку, но ведь не зря они были подругами и дружили немало – немного шестьдесят пять лет. Стало чуть легче в окружении родных людей, она расслабилась и пришло понимание, что смерть это не наказание, а неизбежность, которая рано или поздно случается со всеми…

В коробке снова зашевелилась Маруся и Настя решила больше не мучить птицу и выпустила ее. Ворона шумно захлопала крыльями и радостно каркнула. Женщины заойкали и схватились за тряпки. Настя еле успокоила их, сообщив, что это ее питомица, и что она вполне воспитанная дама. Бабушка Катя улыбнулась, как то странно посмотрела на Настю и сказала:

— Ну что ж, покорми ее, она наверное проголодалась. Настя так и сделала. Маруся наелась и усевшись на спинку кровати, стала наблюдать за происходящим. Напившись чаю, они принялись помогать и пробегали до самого вечера. Бульон для борща был готов, рыба нажарена, гуляш стушен, а пирожки румяной горой лежали на столе. Настя была вымотана, перемыв посуду она собралась пойти еще раз взглянуть на бабушку прежде чем лечь спать. С ними осталась ночевать бабушка Катя, она предупредила их, что спать они будут в летней кухне, потому что в доме не топлено, а тут и перекусить и чайку можно выпить.

— А как же покойница? – неуверенно спросила мама. – Как то не по человечески оставлять ее одну в пустом доме.

— Успокойся Вера, — баба Катя ласково погладила ее по спине, — она уже в другом месте… В хорошем… Встретили ее там родственники и сынок…Да и вообще, неужели ты думаешь, что она хотела бы вас морозить в не топленном доме? Если бы я была на ее месте, то не хотела бы для своих близких такого.

— Типун вам на язык! – воскликнула мама, ошарашено глядя на бабу Катю. – Как вы можете так спокойно об этом говорить?

— Все мы будем на ее месте, — философски заметила бабушка, — вот муж твой, сынок Лиды, тоже ушел от нас молоденьким… У Насти защемило сердце, она не помнила своего отца, он погиб когда ее еще не было на свете. Мама тяжело вздохнула и опустила голову, скрывая тоску в глазах. — Ладно… — баба Катя взяла бутылку с уксусом. – Пойдемте.

— А уксус зачем? – удивленно спросила Настя. — Тряпочку намочим и положим Лиде на лицо, чтобы хорошо к утру сохранились. – ответила она и вышла из кухни. В доме действительно было очень холодно, свечки громко трещали, готовые вот — вот погаснуть. Баба Катя заменила их на новые, принесла с веранды миску с водой и разбавив там уксус, намочила небольшое полотенце.

— Ну прощайтесь… Настя поцеловала бабушку в холодный лоб, погладила по щеке и отошла. Баба Катя положила полотенце на лицо покойнице:

-Пойдем мы Лида спать… Завтра у нас тяжелый день.

« НОЧНОЙ ГОСТЬ»

Настя проснулась от маминого храпа, она выпила снотворное и разбудить ее был не в силах даже оружейный залп. В туалет хотелось ужасно, раньше Настя не боялась выбегать ночью, но сегодня ей было как то не по себе. Выбора не было, бабу Катю тревожить не хотелось и она накинув куртку вышла во двор. Ночь стояла тихая, из – за облаков показалась луна и озаряла все вокруг, призрачным светом, где то в лесу протяжно заплакала выпь.

Настя сошла с крыльца и услышала как в начале улицы завыли собаки, вой приближался словно они по цепочке вторили друг другу. В будке заскулила маленькая бабушкина любимица Куся. Настя сделала пару шагов и вдруг заметила чей — то темный силуэт на дороге, он приближался каким — то неуверенным шагом, словно человек был пьян. Он подошел к калитке и остановился, по диску луны пробегало облако и лицо ночного прохожего скрывала темнота.

— Кто здесь? – спросила Настя дрожащим голосом, сердце колотилось в груди. – Что вам нужно?

— Открой калитку… — услышала она хриплый и какой – то булькающий голос. – Открой… Луна снова показалась из – за туч и Настя оцепенела от ужаса… Держась за забор стоял Витька Холмогорцев. На нем был черный костюм и белая рубашка, с туго застегнутым воротничком, голова его клонилась на бок словно ему было тяжело ее держать, глаза бешено вращались, а изо рта вывалился язык.

— Мама! – закричала Настя. – Мама!!!! – ноги ее не слушались, она не могла сдвинуться с места и стояла словно прикованная к земле. Дверь кухни резко открылась и на крыльцо выскочила баба Катя, она дернула орущую Настю и затащила в дом. — Там, там…- Настя вся тряслась мелкой дрожью и в панике бросилась закрывать двери. Баба Катя с трудом оторвала ее от дверного засова и хорошенько встряхнула.

— А ну тихо! Всю деревню перебудишь! Настя немного пришла в себя и всхлипывая села на кровать, мама даже не пошевелилась, а ворона нахохлившись ворчала, сидя на комоде.

— Я видела… Вы не понимаете… — начала было она, но баба Катя перебила ее :

— Я знаю, знаю. Я тоже видела.

— Правда? Значит я не сошла с ума… И что это было? Он ведь умер…

— Умер. Не нравится мне все это, сейчас я заварю чай и поговорим. Мне есть что тебе рассказать. Пока закипал чайник, Настя дрожала мелкой дрожью, закутавшись в одеяло. Баба Катя заварила чай, разлила его по кружкам и присела напротив.

— Бабка твоя была ведьма… И не просто ведьма, а очень сильная… Кроме нее в наших краях есть еще один человек, но человек этот повадился якшаться с нечистой силой… Настя удивленно уставилась на бабушкину подругу.

— Баб Кать, вы что такое говорите? Какие ведьмы в наше время?

— А покойничек под калиткой? – баба Катя усмехнулась. – Тоже ложь? Или обман зрения?

— Рассказывайте… — Настя вздохнула и опасливо посмотрела в темное окно. Рассказ бабы Кати оказался занимательным и жутким.

— Мы с Лидой подружились когда война закончилась… Моего отца направили в этот поселок фельдшером и вся наша семья стала жителями Лесного. Меня определили в местную школу и я оказалась в одном классе с твоей бабкой. Она была видной девушкой, с толстой черной косой и завораживающими серыми глазами. Она сидела сама за партой и казалось, что она находится в другом мире, который далеко за пределами школы. В первый же день меня задели ребята из класса. Я казалась им совершенно чужой и далекой от их мира. Они толкали меня и кричали:

— Городская мымра, городская мымра, ты что, трамвай пропустила?! Я уже знала, что меня побьют, но гордость не позволяла мне звать на помощь. Вдруг толпа расступилась и я увидала Лиду, она не спеша подошла ко мне и стала рядом.

– Двинется кто, заморожу. – ее лицо было спокойно, но взгляд серых глаз словно свинец пригвоздил всех к месту. Тяжелый воздух опустился на собравшихся, даже я ощущала его стальную паутину. Но подростки и не собирались спорить, испуганно сбившись в кучку, они осторожно обошли нас и вдруг кинулись прочь. — Не бойся их, — сказала Лида, — они мелкие, не способные на что – то… настоящее что ли… тебя как зовут? 

— Катя… Катя Куренкова. – представилась я, недоумевая почему все испугались этой невысокой девушки.

— А я Лида Ермолаева, — сказала она, — пойдем ко мне в гости, чаю попьем. С этого момента началась наша дружба. Мы вместе сидели за партой, вместе учили уроки, ночевали друг у друга на выходные. Однажды вьюжным зимним вечером мы лежали около теплой грубы и щелкали семечки вяло переговариваясь между собой.

– Ты знаешь, что сегодня утром баба Фрося умерла? – вдруг спросила Лида.

— Знаю, мамка за обедом сказала, — ответила я, — говорят она ведьмой была и дед Гордей дыру в потолке выбил, что бы душа ее вылетела…

— Ведьмой? – усмехнулась Лида. – Да колдовкой она была пропащей, с чертями яшкалась…

— Неужели ты веришь в это? – мне и в голову не могло прийти, что серьезная Лида верила в эти сказки

— А ты нет?

— Нет. – твердо ответила я. – Никогда ведьму не видела… Нет их.

— Зря ты так говоришь, — Лида перестала щелкать семечки, — есть они.

— Ты что ли видела? – засмеялась я.

— А что мне на них смотреть… Я сама кое — что могу.

— Да ладно… Духа Гоголя и я вызывать умею. – ответила я и отставила от себя вазочку с семечками, но то, что произошло в следующий момент не поддавалось никаким законам природы. Семечки вдруг вылетели из вазочки и закружились словно рой мух, потом они вытянулись в столбик и зависли над моим лицом, на моих глазах этот столбик плавно высыпался обратно в вазочку и я услышала смех Лиды.

— Что это было?! – ошарашено вскрикнула я, отодвигаясь от «живых» семечек.

— Это мой дар.

— Ничего себе… Что ты еще умеешь?

— Много чего…

— Так ты ведьма? – я была очень заинтригована, но страха не было.

— Можно и так сказать. Я такая с рождения. Мне сила от деда передалась, ему от его деда. Вообще это наследственное. После того как Лида открылась мне, наша дружба стала еще крепче. Я часто помогала ей собирать всякие корешки и травки, а она учила меня некоторым премудростям.

— Настоящей ведьмой ты конечно не станешь, но ведающей тайными знаниями я тебе стать помогу, — говорила мне Лида, — потомственная чародейка всегда сильнее наученной, но думаю тебе тягаться силами не с кем будет. Такая наука всегда пригодится. Однажды Лида повела меня в погреб, мы спустились скользкими ступенями в прохладную тьму, вспыхнул огонек керосинки и я увидала обычный подпол полный заготовок и картофеля. Лида пошла между полками к дальней стене и поманила меня за собой.

Я с любопытством последовала за ней. Она остановилась, произнесла нараспев непонятные слова и перед моими глазами стена расступилась, в образовавшемся отверстии я увидала еще одну комнату, уставленную всякой всячиной. Лида прошла через отверстие и позвала меня.

— Здесь, Катя находятся сокровища… — сказала она с волнением, глаза ее горели при свете дрожащего огонька.

— Какие? – шепотом спросила я, чувствуя как и она непонятное волнение.

— Вот иди сюда, — улыбнулась Лида, — это зеркало Судьбы, — она сдернула с него запыленную простынь и перед моими глазами оказалось обычное зеркало в старой неказистой оправе.

— Это как?

— Подойди к нему, положи на него руку и подумай о том, о чем хочешь знать. Я подошла к зеркалу, положила на него руку и вдруг почувствовала, что под моей ладонью не холодное стекло, а что – то теплое, вязкое и слегка колышущееся. Моим первым желанием было отдернуть руку, но я переборола его, любопытство оказалось сильнее. По его поверхности поплыли разноцветные круги, они кружились, сплетались между собой и вдруг сложились в одно изображение.

Я увидела толпу разряженных людей, наш сосед гармонист лихо наяривал на своей гармони, хотя звука конечно не было, но потому как он растягивал меха, все было понятно. Вот наша продавщица Зиночка, крутит своей завитой головкой, словно выискивает кого – то. А, ну теперь ясно, вот и Зиночкин муж, тракторист Петька Рыбников, спрятался за сараем с двумя мужиками, что бы выпить по стаканчику. Кругом знакомые лица, раскрасневшиеся, что – то кричащие, с хмельными улыбками на потных лицах. Так это же свадьба!

Догадка сжала мое сердце в сладостные тиски. Это дом Красильниковых, как же я сразу не заметила, вон и резные наличники на окнах… Дверь открылась и на крыльцо вышли родители Ивана Красильникова, который недавно пришел с армии и нравился мне до коликов. Они были взволнованы и немного смущенны. Мать держала в руках икону Божьей Матери, а отец сжимал поднос, на котором лежала круглая буханка с белой солонкой наверху. Толпа расступилась и я увидала Ивана, ведущего за руку девушку в подвенечном наряде.

Мое сердце снова сладостно кольнуло, но тут девушка обернулась и я не удержала негодующего вопля. Это же Наташка! Девица работающая с недавних пор в нашей библиотеке. Я отдернула руку и надувшись отошла от зеркала. Лида заливисто рассмеялась и обняла меня.

— Не переживай ты так. Не нужен он тебе. У тебя другая судьба, да получше и покраше.

— Да? И кто он? — я моментально забыла о Ваньке предателе и стала выпытывать у подруги информацию о своем суженном.

— Нельзя. Не скажу я тебе. Сама все узнаешь. Но поверь мне все будет хорошо. Ничего мне не удалось узнать, но заверения моей подруги подействовали на меня благотворно и предаваясь радужным мечтам, я продолжила исследовать удивительный погреб. Здесь оказались вещи совершенно сказочные, нереальные, собранные по всему свету и так безжалостно спрятанные в холодном подвале.

— Нельзя их простым смертным показывать, — сказала Лида, — много бед может произойти. А мы как хранители, бережем это у себя и лишь знающий человек может пользоваться этими удивительными вещами. Но среди них есть предмет, который намного превосходит все собранное здесь.

— И что же это?

— Это книга. Книга в которой хранятся ужасные тайны колдовского искусства, тайны бытия и вечности, жизни и смерти. К сожалению я не могу ее тебе показать, нужно иметь силу, что бы сладить с ней. Мы храним ее уже многие века и за это время ее хотели забрать бесчисленное количество раз.

— Кто?

— Колдуны, ведьмы, нечистая сила…

— А какая она эта сила нечистая?

— Разная бывает, но мы должны быть очень внимательными и никого не подпускать к книге. Ты моя подруга и верная помощница. Со мной ты многое увидишь, но и я тебя в обиду не дам. Этот разговор и вещи, спрятанные в погребе произвели на меня неизгладимое впечатление, я полностью поняла кем являлась моя подруга. Я поклялась всегда быть рядом с ней, ведь какие бы силы не хранила Лида в себе, она оставалась молоденькой девушкой на страже колдовских знаний….

Баба Катя замолчала и отпила из кружки остывший чай.

— Пойду еще чайник поставлю. Весь сон уже улетучился… Настя словно пришла в себя, этот рассказ был настолько фантастическим, что не увидев сегодня ожившего покойника, она приняла бы его за бред сумасшедшего.

— А причем здесь Холмогорцев покойный? – спросила Настя. – Ему что, тоже книга нужна? Но он же мертвый…

— Она нужна не ему, его просто использовали, что бы тебя постращать.

— Зачем? Я то — тут каким боком?

— Самым обыкновенным. Бабка твоя померла, значит теперь ты следующая ведьма и книга у тебя. А так как ты молодая еще, решил тебя этот хмырь старый на пробу взять. Припугнуть…Но фокусы это дешевые…

— Стоп. – Настя замахала руками. – Кто это хмырь старый и почему я ведьма?! Нет у меня никаких сил…

-Конечно нет, — спокойно ответила баба Катя, — Лида не хотела тебя в это впутывать, хотела что бы ты еще пожила беззаботно. Я конечно же против была, чем раньше бы ты приняла свою сущность, тем проще было бы сейчас, но Лиду же не переспоришь, успеет еще, говорит. Наложила она на тебя заклятье, силы твои связала, а после ее смерти, все станет на круги своя. Девять дней пройдет и все на тебя обрушиться, милая… Хотела она тебя подготовить, да не успела. Я помогу чем могу конечно, но тяжело будет…

— О Господи! Только этого мне еще не хватало! А если я не хочу?

— У тебя просто нет выбора. Смирись. Настя переваривала эту информацию с трудом, все это было так нереально, что она решила не забивать себе голову ерундой.

— Хорошо, а про кого вы говорили? Кому книга нужна?

— Это давний бабушкин недруг. Он появился в Лесном неожиданно, как бухгалтер. Направили его после института по распределению. Зовут его Егор Матвеевич, он и сейчас тут проживает. Ну вообщем, стал он к твоей бабке клинья подбивать, все в женихи набивался, но она его сразу раскусила. Говорит ему, мол знаю кто ты такой и с какой братией шатаешься. Знаю зачем сюда явился и меня обхаживаешь, но не видать тебе книги как своих ушей.

Матвеевич стал ее подбивать на свою сторону. Давай, говорит, вместе книгу в оборот возьмем и станем могущественными как никто. Каждая ведьма будет приходить и ноги тебе целовать. Бабка твоя так поперла его, что он две недели на больничном дома отлеживался. Не под силу она ему была, хотя он тоже не из последних колдунов был. Вот так они всю жизнь и воевали, кого он только не насылал на нее, но Лида на всех управу могла найти. А в этот раз видимо не по силам враг оказался, нашел все — таки Матвеевич способ со свету ее сжить…

— Так вы думаете, что это он бабушку убил? – ошарашено спросила Настя. — Не думаю, а знаю. — Так что же вы в милицию не пойдете?

— И что я там скажу? Колдун ведьму убил? – баба Катя невесело улыбнулась. – Он еще на похороны явится, ирод… Часы на комоде пробили три раза. — Давай отдохнем, — сказала баба Катя, — завтра нам силушки понадобятся. А ты ничего в голову не бери, все само собой образуется… И не бойся ничего, все это как театр кукольный, ничего они тебе не сделают.

— А что, еще такие как Витя покойный будут? – с ужасом спросила Настя.

— За твою жизнь еще много чего будет. – неопределенно ответила бабушкина подруга. – Все, спать. Настя решила, что сегодня не заснет, но как только ее голова коснулась подушки, она провалилась в глубокий сон. Баба Катя улыбнулась, вылила из Настиной кружки остатки чая и тщательно сполоснула ее, а то не дай Бог кто – то хлебнет с утра, до вечера не добудишься. Прежде чем самой лечь, она вышла на крыльцо, в сарае громко запел петух. От калитки отделилась фигура и неуверенными шагами пошла вниз по дороге.

— Иди, иди, а то все родные умом тронуться, когда увидят, что покойничек из гроба пропал. – прошептала вслед баба Катя и вернулась в дом.

« ПЕЧАЛЬНЫЙ ДЕНЬ»

К одиннадцати часам прибыл батюшка на отпевание. Народу собралось много, все уважали Лидию Калиновну и пришли проводить ее в последний путь. В зале висела завеса дыма, батюшка не пожалел ладана и серые клубы разъедали легкие. Настя держала в руках зажженную свечу и старалась не кашлять, глядя на многочисленных собравшихся, половину из которых она даже не знала. Тут она заметила невысокого старика, стоявшего возле груды венков. Он в упор смотрел на нее и в его взгляде сквозила неприкрытая насмешка.

Настя сразу поняла кто это и волна негодования накрыла ее. Она не отвела взгляд и вложила в него столько презрения и ненависти, что старик не выдержал и отвернулся. Батюшка закончил, дал наставления родным и отбыл, прихватив заботливо собранное угощение с бутылкой крепленого вина. Мужчины подняли гроб и вынесли во двор, процессия двинулась в сторону кладбища, которое находилось совсем рядом с поселком.

Миновав последний дом, они столкнулись с другой процессией, родственники Витьки Холмогорцева возвращались с похорон. Мать еле передвигала ногами, раздавленная горем, отец держал ее под руку, но видно было, что и он с трудом справлялся с эмоциями. Группа людей остановилась, пропуская гроб с Лидией Калиновной. Настя подошла к родителям погибшего парня и выразила свои соболезнования, стараясь не вспоминать ночного проишествия.

— Спасибо Настя. Мы тоже соболезнуем вам… Хорошая была женщина Лидия Калиновна. – сказал отец, мать лишь кивнула головой. Настя не стала более задерживать убитых горем родителей и вернулась к своей процессии. Она пристроилась в конце толпы и вместе со всеми медленно двинулась вперед.

— Отличная была женщина… — услышала Настя скрипучий голос, который доносился откуда – то слева. – Могла бы еще пожить, солнышку порадоваться… Она резко обернулась и к своему возмущению увидала шагающего рядом Егора Матвеевича. Старик казался самым обыкновенным дедом, с редкой седой бороденкой и выцветшими голубыми глазами. Он опирался на корявую клюку и без конца вытирал нос скомканным платочком. И это великий колдун! – с сомнением и иронией подумала Настя.

— А ты не сомневайся голуба, — вдруг сказал дед и громко высморкался, — такой и есть… Настя сначала не поняла, что он имеет в виду, а потом похолодела, он же прочитал ее мысли!

— Да как вы смеете разговаривать со мной?! После того, что сделали с моей бабушкой! – воскликнула Настя, с отвращением глядя на семенящего рядом старика.

— Будешь выпендриваться и с тобой такое приключится. – зло ответил дед. – Кто ты вообще такая? Так… Вошь на гребешке. Книгу отдай и живи спокойно. Настя задохнулась от возмущения, она только открыла рот что бы сказать что ни будь резкое, как рядом появилась баба Катя. Она встала между ними и повернувшись к Егору Матвеевичу сказала:

— Чего ты к ней прицепился, черт старый? Нашел время…

— А ты не лезь Катюша, — добродушно ответил дед, — переломаю ведь как камышинку. Ты ведь знаешь.

— А ты меня не пугай, пуганая уже. Мое слово последнее, девку не тронь. Нет у нее того, что ты ищешь, не сведущая она в этих делах. Оберегала ее Лида от таких как ты, что бы жила она спокойно.

— Да уж вижу что силы в ней нет. – усмехнулся старик. – Но книгу я все равно достану. Может ты, Катюша знаешь как достать ее?

— Ты и сам знаешь. Не достать тебе ее, без ведьмы, а у Насти силы нет.

— Посмотрим. – раздраженно прошипел дед и скрылся в густых кладбищенских кустах.

— Вот зараза! – баба Катя плюнула ему в след. – Не обращай на него внимания.

— Как то мне не по себе… — Настя поежилась. – А вдруг он меня тоже убьет из за этой книги?

— Не убьет. Ты же ему не помощница, в тебе силы нет.

— Но вы же сказали, что через девять дней появится…

— Вот как появится, так и думать будем. Он то — не знает, что так случится. – успокоила ее баба Катя. – Сейчас у нас другие заботы. Настя согласилась с ней и пошла ближе к маме. Баба Катя посмотрела ей в след и покачала головой, в ее глазах плескался страх.

Лидию Калиновну похоронили под раскидистым кленом, поставили деревянный крест с черной табличкой, на которой были написаны ее инициалы, дата рождения и смерти. По небу поползли низкие тучи, заворчал гром и по кладбищу пронесся порывистый вихрь. Люди быстро двинулись к воротам кладбища, никому не хотелось попасть под ливень. Уже на подходе к дому, непогода разыгралась вовсю, но это было уже не страшно, оставшиеся дома женщины растопили печь, накрыли на столы и встречали всех с кладбища с мылом, полотенцами и теплой водой. Люди мыли руки и рассаживались за столами, Настя помогала разносить борщ, потом картошку с мясом, а мама раздавала на выходе печенье и конфеты.

(любовное фэнтези про ведьм )

Продолжение: СТРАШНОЕ НАСЛЕДСТВО 2

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock detector